САМОЕ ДЛИННОЕ СЛОВО МАРКА ТВЕНА
Слово о словах / ГЛОКАЯ КУЗДРА / САМОЕ ДЛИННОЕ СЛОВО МАРКА ТВЕНА
Страница 1

Знаменитый юморист почему-то очень охотно касался в своих произведениях различных особенностей именно немецкого языка. Он возвращался к ним неоднократно.

Как известно, язык этот обладает способностью образовывать сложные слова, подобные нашим «Фарфортрест» или «Ленинградуголь». В немецких военных книгах, например, то и дело натыкаешься на такие термины, как «вер-махт» (оружие+сила=армия), «панцер-шиф» (броня+корабль= броненосец), «флугцойг» (полёт+снаряд= самолет) и т. п.

Между этими терминами и нашими обычными сложными словами есть разница: те мы образовываем обязательно при помощи соединительной гласной «о» или «е» (сам-о-лет, земл-е-роб) и, надо сказать, прибегаем к ним без особой охоты. Немцы же (как и англичане), хотя и могут применять в таких случаях вместо соединительного согласного суффикс родительного падежа «-с» (рейс-с-вер, криг-с-гефангенэ), нередко обходятся без него, а используют они такой способ словопроизводства буквально на каждом шагу.

Правда, это свойственно, как мы видели, и китайскому языку. Но если в Китае или в Англии допускается образование по этому способу слов из двух, много из трех корней, то немецкому языку никаких границ в этом смысле не положено. Сравнительно недлинные, односложные и двусложные слова, как намагниченные, притягиваются друг к другу и соединяются в единое целое без каких-либо «заклепок» – изменений.

В русском языке:

В немецком языке:

сам + ходить = самоход

нэбель + верфер = нэбельверфер

(Nebel + Werfer = Nebelwerfer)

(туман + метатель = дымовой завесчик)

земля + трясение = землетрясение

вооль + бефинден = воольбефинден

(Wohl + befinden = Wohlbefinden)

(хорошо + пребывать = здоровье)

язык + знание = языкознание

фогель + фенгер = фогельфенгер

(Vogel + Fänger = Vogelfänger)

(птица + ловец = птицелов)

И если у нас каждое такое многосложное слово выглядит как сравнительно редкое отклонение от нормы (лишь в переводах с древних языков то и дело попадаются «розоперстые» и «пестросандальные» богини), то в Германии они не смущают никого.

Вот почему в «Войне и мире» Л. Толстого старый князь Болконский, посмеиваясь над бездарным австрийским военным советом (по-немецки: «Гофкригсрат»; от слов «гоф» = «двор», «криг» = «война» и «рат» = «совет»), по праву называет его «гофкригсзурстшнапсратом».

Такого слова никогда не было в немецких словарях. Но любой немец, услышав его, прекрасно бы понял, что оно означает: «Гоф+кригс+вурст+шнапс+рат» – «придворный военно-колбасно-водочный совет».

В длиннейшем слове этом нет ровно ничего непозволительного с точки зрения правил немецкой грамматики. Она знает слова и того длиннее.

Филателисты могут найти в старых каталогах немецкую марку, выпущенную когда-то в память путешествия последнего кайзера Вильгельма II в Иерусалим. Она называлась так: «КайзерВильгельмИерузалэмсрайзегедэхтнисбрифкартенпостмаркэ».

А один советский языковед в своей книжке о языке упоминает о немецкой надписи, которую он читал на дверях одной из комнат какого-то ученого клуба:

«Центральвиссеншафтлихгелээртермэншэнлебэнсбедингунгенфербессэрунгсауссшусстрэффпунктклассэ».

Это слово, вероятно, было придумано в шутку, но построено-то оно было по всем правилам немецкого «словосложения»; означало оно примерно что-то вроде: «комната комиссии по улучшению жизни ученых».

Вот этой примечательной способности немецкого языка и дивится в своем рассказе американский юморист Марк Твен.

«В одной немецкой газете, – уверяет он, – я сам читал такую весьма занятную историю:

Готтентоты (по-немецки: „хоттенто́тэн“), как известно, ловят в пустынях кенгуру (по-немецки „бойтельра́тте“ – сумчатая крыса). Они обычно сажают их в клетки („ко́ттэр“), снабженные решетчатыми крышками („латтенги́ттер“) для защиты от непогоды („ве́ттэр“).

Благодаря замечательным правилам немецкой грамматики всё это вместе – кенгуру и клетки – получает довольно удобное название:

„Латтенгиттерветтэркоттэрбёйтельраттэ“.

Однажды в тех местах, в городе Шраттертро́ттэле, был схвачен негодяй, убивший готтентотку, мать двоих детей.

Такая женщина по-немецки должна быть названа „хоттентотэнму́ттэр“, а ее убийца сейчас же получил в устах граждан имя „шраттертроттэльхоттентотэнмуттэраттэнтэтэр“, ибо убийца – по-немецки „аттэнтэтэр“.

Преступника поймали и за неимением других помещений посадили в одну из клеток для кенгуру, о которых выше было рассказано. Он бежал, но снова был изловлен. Счастливый своей удачей, негр-охотник быстро явился к старшине племени.

– Я поймал этого… Бёйтельра́ттэ! Кенгуру! – в волнении вскричал он.

– Кенгуру? Какого? – сердито спросил потревоженный начальник.

– Как какого? Этого самого! Ляттэнги́ттэрветтэрко́ттэрбёйтельра́ттэ.

– Яснее! Таких у нас много… Непонятно, чему ты так радуешься?

– Ах ты, несчастье какое! – возмутился негр, положил на землю лук и стрелы, набрал в грудь воздуха и выпалил:

Страницы: 1 2

Смотрите также

СЛОВО И МЫСЛЬ
...

ТЫ И ТВОЕ ИМЯ
Нет меж живущих людей, да не может и быть, безымянных: В первый же миг по рождении каждый, убогий и знатный, Имя, как сладостный дар, от родимых своих получает… ...

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ИСТОРИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ НАУКИ О РЕЧЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (Исторические предпосылки психолингвистики)
В настоящей главе изложены основные этапы и направления изучения речевой деятельности в мировой науке. Представленный ниже исторический анализ истории психолингвистики в основном, касается европей ...