Предисловие редактора перевода
Обезьяны, человек и язык / Введение / Предисловие редактора перевода
Страница 1

Книга молодого американского журналиста Юджина Линдена – произведение в высшей степени неординарное. Ядро фабулы – история жизненного пути обезьяны, которая волею своих воспитателей была введена в священный храм человеческого языка и бесцеремонно расположилась в нем, игнорируя всеобщее возмущение столь неслыханной дерзостью. После первых опытов по обучению шимпанзе Уошо языку знаков стремление воспитывать «говорящих» обезьян превратилось и среде психологов в своеобразную научную моду. В результате Дэвид Примак беседует с шимпанзе Сарой при помощи специальных пластиковых жетонов; Дьюэйн Румбо конструирует для разговоров со своей воспитанницей Ланой специальный компьютер; Франсина Паттерсон общается с гориллой Коко на языке глухонемых, но та понимает и устную речь. Вот далеко не полный перечень интригующих сюжетов для тех писателей и журналистов, кто настроен на эксплуатацию чисто внешней стороны научных открытий и легко переводит эти открытия в категорию шумных околонаучных сенсаций.

Юджин Линден, как мне кажется, счастливо избежал самой возможности упрека в поверхностной развлекательности. Он избрал совершенно иной путь, попытавшись всесторонне проанализировать значение «феномена Уошо» в рамках всей системы философских и научных представлений человека о себе самом и о своем месте в мироздании. Поместив в центр своей перспективы жестикулирующую обезьяну, Линден с каждым шагом уходит от нее все дальше, рисуя нашему взгляду поистине безграничную панораму многовековых усилий человечества в сфере самопознания. В этом «вавилонском столпотворении» идей, мнений, концепций, теорий и целых мировоззренческих систем очевидное вчера оказывается неприемлемым сегодня; давно забытое старое неожиданно возрождается в новом откровении; мыслители, отталкивающиеся от принципиально различных предпосылок, с течением времени оказываются в едином дружественном лагере, тогда как вчерашние соратники нередко приходят в своих построениях к прямо противоположным выводам.

Здесь читатель вправе задать вопрос: «А нужно ли в данном случае все это? Есть ли необходимость при изложении результатов, казалось бы, частного научного исследования о поведении шимпанзе поминать всуе Аристотеля и Ветхий завет, Платона и Дарвина, Декарта и Галилея, Ньютона и Эйнштейна? Не слишком ли ничтожен повод, чтобы беспокоить тени великих мыслителей прошлого?» Все эти сомнения быстро рассеиваются, когда мы проникаемся главной идеей автора: язык человека – вот та демаркационная линия, которая, согласно воззрениям нашей цивилизации, отделяет людей от животных. А если это так, то обезьяна, способная освоить человеческий язык, – нонсенс, бросающий вызов тому, что Ю. Линден называет «платоновской парадигмой западной цивилизации». И здесь, как считает автор, мы уже не в состоянии обойтись одними лишь эмпирическими доводами, к которым прибегают в своих сегодняшних спорах о феномене Уошо лингвисты и психологи, этологи и бихевиористы. В этом случае, полагает он, необходима общая перспектива формирования наших взглядов на сущность человека и даже, возможно, – пересмотр самой основы этих взглядов.

Именно в этом пункте позиция Ю. Линдена, пусть даже импонирующая своей эмоциональной убежденностью, представляется мне наиболее спорной. Для обоснования своей точки зрения автор привлекает продуктивную концепцию известного американского ученого Томаса Куна о революционных сменах парадигм в эволюции каждой науки. Парадигма – это господствующая на определенном этапе развития науки система основополагающих взглядов и общих стилей мышления. Работающему в рамках парадигмы рядовому исследователю трудно выйти за ее границы, он, так сказать, находится в шорах привычных представлений и к ним приспосабливает результаты своей деятельности. Взяв идеи Куна, весьма полезные для понимания развития науки, Ю. Линден автоматически и без необходимых оговорок переносит их в область эволюции человеческой культуры в целом. Он полагает, что в представлениях о себе самих и своей исключительности на Земле люди до сих пор находятся в плену некой парадигмы, берущей начало от Аристотеля и Платона, хотя ее предпосылки можно найти в еще более ранней истории западной цивилизации. По мнению Линдена, один из основных пороков этой парадигмы состоит в чрезмерном преувеличении значения языка как главного признака, отличающего человека от животных. При попытках доказать обратное автор не вполне последователен, поскольку он не проводит четкой грани между «потенциально возможным» и «реально существующим». После опытов с Уошо и другими шимпанзе трудно отрицать, что эти наиболее близкие к человеку приматы обладают высокоразвитой психикой и несомненными зачатками языкового поведения. Но от появления возможности до ее реализации еще очень далеко. Недаром потребовалось несколько миллионов лет, чтобы австралопитек, который по способности к изготовлению орудий был на две головы выше шимпанзе, превратился в современного человека с его уникальным, качественно новым инструментом познания и общения, каковым является «язык» в строгом смысле этого слова.

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

КРАТКОЕ ИЗЛОЖЕНИЕ ИСТОРИИ ВОЗНИКНОВЕНИЯ И РАЗВИТИЯ НАУКИ О РЕЧЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ (Исторические предпосылки психолингвистики)
В настоящей главе изложены основные этапы и направления изучения речевой деятельности в мировой науке. Представленный ниже исторический анализ истории психолингвистики в основном, касается европей ...

Концепции управленческого учета
Однако развитие рыночных отношений в нашей стране и появление большого числа негосударственных (коммерческих) отечественных и зарубежных организаций поставили перед бухгалтерским учетом новые задачи ...

БЛАГОДАРНОСТИ
Без помощи и советов Роджера Футса я не смог бы написать эту книгу. Кроме того, мне хочется поблагодарить Харви Сарлза, который поддержал меня, одобрив мой нетрадиционный подход к материалу книги, ...