К такому же оптимизму – правда, на других основаниях – пришел в конце концов и Борис Пастернак.
«Переводы мыслимы, – пишет он, – потому что в идеале и они должны быть художественными произведениями и, при общности текста, становиться вровень с оригиналами своей собственной неповторимостью. Переводы мыслимы потому, что до нас веками переводили друг друга целые литературы, и переводы – не способ ознакомления с отдельными произведениями, а средство векового общенья культур и народов».
Смотрите также
Людские и лошадиные
…А фамилию вот и забыл!.. Васильичу… Черт… Как же его фамилия?.. Такая еще простая
фамилия… словно как бы лошадиная… Кобылий? Нет, не Кобылий… Жеребцов, нешто? Нет,
и не Жеребцов. Помню, фамилия л ...
Что скажет грамматика?
Наше путешествие по стране, которую называют Лексика, пришло к концу. Как вы
могли заметить, мои читатели, нас больше интересовали не широкие дороги, бескрайние
просторы (область лексики действи ...