Lingwowed

Не правда ли, этот заголовок выглядит здесь по меньшей мере странно: при чем тут замечательное произведение чешского писателя-антифашиста Юлиуса Фучика? Это верно, но нам понадобилось лишь его заглавие, чтобы проверить, как вы произнесете выделенное слово. Вопрос этот может затруднить не только вас, и согласованного ответа на него мы не получим: одни произнесут пéтлей (что считается нормой, закрепленной в большинстве словарей), другие – петлёй (что, по данным анкетного опроса, преобладает).

Таких случаев немало; сравните: кéта – кетá, фóльга – фольгá, творóг – твóрог (на первом месте в этих парах стоит книжный, традиционный, вариант, на втором – разговорный). Чаще всего колебания в ударении объясняются именно наличием этих двух произносительных вариантов.

Трудности русского ударения связаны, как известно, с двумя его особенностями; во-первых, оно разноместно, т. е. не связано с определенным слогом в слове, как в некоторых других языках; во-вторых, оно подвижно, т. е. может переходить с одного слога на другой при изменении (склонении или спряжении) слова. Вряд ли нужно доказывать необходимость уметь преодолевать эти трудности: навыки правильно ставить ударение являются существенным элементом речевой культуры.

Весь вопрос в том, как их преодолевать. Правда, мы не так уж беспомощны: если ударение в начальной форме многих и многих слов приходится запоминать (или проверять, почаще заглядывая в словари-справочники), то для ударения в производных формах слов тех или иных грамматических разрядов существуют свои правила, хотя применение их не столь простое. Например, какими правилами руководствоваться, чтобы установить нормативное ударение в форме родительного падежа единственного числа от слова гусь (гуся или гуся), в форме винительного падежа от слова река (реку или реку) и т. д.? Все же для многих подобных случаев имеются определенные правила, часть которых мы и приведем.