Петры и Петрушки
Книги о лингвистике / Ты и твое имя / Людские и лошадиные / Петры и Петрушки
Страница 2

Греческое слово «петрос» значит «камень»; слово это давно стало именем. В Греции оно так и звучит «Петрос», у нас превратилось в «Пётр». Однако на этом его история у нас кончилась: обратного превращения имени в слово не произошло. Правда, есть в языке ученых близкие слова: «петрография» (наука о камнях), «петроглифы» (древние письмена на скалах), «петролеум» (каменное масло, керосин), но все они произведены не от имени Пётр, а прямо от самого греческого слова «петрос».И все-таки мы постоянно пользуемся целым рядом слов, родившихся из этого имени, «слов-петровичей»; только они прекурьезно произошли от его уменьшительных форм.

Слово «петька» означает у нас птицу — петуха; легко услышать фразу вроде: «Куры бросились в стороны, а петька, взлетев на забор, громко закудахтал». Сочетание слов «черный петька» стало названием карточной игры. Но самое забавное случилось с уменьшительным «Петрушка»: оно превратилось, во-первых, в обозначение куклы-марионетки, Пьеро (Французское «Пьеро»—уменьшительное от Пьер (Пётр) и означает Петруша, Петя.), героя веселых уличных представлений, а затем стало обозначать и весь театр марионеток в совокупности. «Петрушка пришел!» — с восторгом кричали ребята на питерских дворах в дореволюционное время. «Система кукол, носящих общее название „петрушек“, широко применяется в советском кукольном театре», — говорится в Большой Советской Энциклопедии.

Этого мало. В то же самое время название «петрушка» было придано огородному растению «петроселинум», пришедшему к нам из Западной Европы; придано, по-видимому, просто по созвучию. «Петрушка», как каждый знает, не пищевой продукт, а только приправа, этакая мелочь, плавающая в супе. Кукольный театр «петрушки» тоже долго рассматривался как нечто не вызывающее серьезного к себе отношения, как баловство, ерундистика. И вот где-то на границе этих двух понятий, связанных с термином «петрушка», родилось еще одно, пока еще чисто разговорное, нелитературное значение этого слова: «всякая петрушка», то есть какая-то неразбериха, канитель, смешное нагромождение разных не стоящих внимания мелочей и даже собрание различных никому не нужных мелких предметов. В разговоре иногда можно услышать: «Ну, тут такая петрушка получилась! » — что означает: началась нелепая история, и рядом: «А у него в сундуке всякая петрушка наложена». Можно думать, что в первом случае это слово в родстве с «петрушкой»-куклой, во втором — с «петрушкой»-растением. В то же время ясно, что оба значения в языке путаются, смешиваются; трудно даже иной раз размежевать их. Слово еще не родилось окончательно; оно, так сказать, еще вылупляется, как цыпленок из яйца. И какой будет его судьба, — не вполне известно.

Чтобы закончить эту главку, мне осталось указать еще на один разряд «отфамильных» слов.

Одно дело, когда само имя или фамилия того или иного человека в неизменном виде становится нарицательным именем, названием предмета: Френч и френч, Катюша и «катюша»; это нередко случается и в нашем языке, но особенно часто — в западноевропейских. Другое дело, если, прежде чем стать «просто словом», фамилия подвергается тем или иным видоизменениям. А такое положение тоже возникает сплошь и рядом, и особенно в русском языке, где всевозможные суффиксы, приставки и тому подобные формальные элементы слое имеют очень большое значение.

Когда англичанин от фамилии плантатора Чарльза Линча, известного своей изуверской жестокостью, производит глагол, означающий «убивать, казнить без суда», он просто говорит: «Ту линч». Мы же, русские, изменяем это слово, наращивая на него глагольный суффикс и окончание, и получаем слово «линчевать». Оно, точно так же, как и все те слова, о которых я рассказывал, есть слово-фамилия, слово, порожденное фамилией; но характер его совсем другой. Говорить: «Он — старый летчик, он еще на „муромцах“ летал» — одно; сказать: «Тимофеевка ничем не хуже клевера» — другое. И тут и там мы пользуемся нарицательными именами, возникшими из имен собственных, но пользуемся ими совсем по-разному; вернее, — мы двумя различными способами производим эти слова. И нашему русскому языку второй способ, связанный с изменением формы собственного имени, свойствен гораздо больше.

Страницы: 1 2 3 4

Смотрите также

ФУНКЦИИ ЯЗЫКА И РЕЧИ В РЕЧЕВОЙ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ
Речевая деятельность представляет собой достаточно сложную функциональную систему, т. е. деятельность многоаспектную, временно объединяющую для достижения определенной цели разные формы речи,  ...

ЛИНГВИСТИЧЕСКАЯ ПРОБЛЕМАТИКА МФЯ
Эта глава посвящена главной проблеме книги: анализу лингвистических идей МФЯ. При этом трактовка истории лингвистики в МФЯ уже разобрана в первой главе книги, а вопрос о построении марксистской ли ...

Зачем изучать иностранные языки
Вы любите литературу, художественные фильмы, принадлежащие к культуре определенной страны… Как здорово читать первоисточник и смотреть фильм без перевода. Для того чтобы изучить иностранный ...