Работы Бахтина 40—60-х гг
Бахтин и лингвистика / ПРОБЛЕМЫ ЛИНГВИСТИКИ В РАБОТАХ М. М. БАХТИНА 30-60-х гг / Работы Бахтина 40—60-х гг
Страница 6

A. А. Потебни, содержащие «глубокий, но далеко не всегда пригодный для практических нужд» подход (141). Единственная имеющаяся попытка построить стилистическую грамматику русского языка у

B. И. Чернышева (языковед, близкий к Петербургской школе) признается неудачной. Даже в такой популярной по назначению работе упомянуты не только Ф. де Соссюр, но и К.Фосслер; признается, что в их школах вопросы стилистики разобраны лучше (141).

В числе отечественных ученых, игнорирующих стилистику, назван А. М. Пешковский, критиковавшийся еще в МФЯ за те же идеи, что и в статье. На другом материале проводится та же мысль: перифразирование предложения, сохраняя некоторое его содержание, резко меняет его стилистически; варианты такого рода далеко не синонимичны, что не учитывал «формалист» Пешковский. В МФЯ об этом говорилось в связи с переводом прямой речи в косвенную, а здесь в связи с двумя явлениями: преобразованием придаточного предложения в причастный оборот и бессоюзного сложного предложения в союзное.

Бахтин сравнивает два предложения: Новость, которую я сегодня услышал, меня очень заинтересовала и Новость, услышанная мной сегодня, меня очень заинтересовала. В случае причастного оборота подчеркивается побочность обозначенного им действия, происходит «концепт рация мысли и акцента на главном „герое“ этого предложения, на слове „новость“» (142). Здесь один «герой», а в случае придаточного предложения их два: новость и я. Отмечены и интонационные различия двух предложений.

Далее речь начинает идти о главной теме статьи – бессоюзном сложном предложении. Как и в МФЯ, подчеркивается, что минимальная трансформация (перевод речи из прямой в косвенную или добавление союза) может превратить предложение в совершенно неприемлемое, требуется более существенная перестройка. Пример из Пушкина: Печален я: со мною друга нет, – не может быть преобразован в *Печален я, так как со мною друга нет; правильное преобразование – Я печален, так как со мною нет друга (146). Такой анализ с трансформациями предложений и анализом того, как нельзя сказать («отрицательного языкового материала», в терминологии Л. В. Щер-бы), – обычная вещь в современной лингвистике, но нестандартная для 40-х гг.

Но и та трансформация, которая допустима, далеко не равнозначна исходному предложению: предложение с союзом «грамматически и стилистически правильно», но «стало холоднее, суше, логичнее», «исчез драматический элемент предложения» (147). Вообще, по мнению Бахтина, союзы – «холодные, бездушные слова», обозначающие чисто логические отношения, их значение нельзя представить в наглядно-образной форме (148). Этим обьясняется и разный порядок слов: союз «ослабляет всю интонационную структуру предложения» (148), поэтому при его наличии невозможна интонационная инверсия.

В другом примере из Пушкина: Он засмеется: все хохочут, – автор даже не пытается как-то его трансформировать, указывая, что в любом случае потеряется существенная часть смысла; здесь драматичность не столько эмоциональна, как в предыдущем примере, сколько динамична (148–149). Событие не рассказывается, а разыгрывается.

Наконец, приводится пример из Гоголя: Проснулся: пять станций убежало назад, – где автор прямо возвращается к ранее высказанной на другом примере идее о количестве «героев»: в данной фразе «героев» два: я и пять станций, но любая перифраза с введением союза не дает возможности сохранить их в пределах одного предложения. Более того, любая перифраза не позволяет сохранять образ: бессмысленна фраза *Когда я проснулся, пять станций убежало назад; надо сказать: Когда я проснулся, я проехал уже пять станций (152). Примечательно новое появление термина «герой», встречавшегося в «Авторе и герое» и «Слове в жизни и слове в поэзии».

Все эти разборы языковых примеров, как и авторский подход в целом, связываются с вопросами преподавания. Осуждаемый чисто грамматический подход, игнорирующий стилистику, связывается с тем, что школьники на его основе учатся разбирать готовые чужие тексты, «но их собственная устная и письменная речь почти не обогащается новыми оборотами» (144). Здесь обращено внимание на общую особенность всей европейской, в том числе и русской лингвистической традиции (сказавшейся, конечно, и на традиции преподавания): ориентацию на разбор, а не на построение текстов, на анализ, а не на синтез, на моделирование действий слушающего, но не говорящего.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11

Смотрите также

Воздействия опасностей
Опасность представляет собой угрозу или возможность возникновения при определенных обстоятельствах вреда. Под опасностью чаще всего понимается угроза природной, техногенной, социальной, военной, эк ...

ПАМЯТИ КОЛЛЕГИ
Валерий Анатольевич Ковшиков (1936–2000), кандидат педагогических наук, доцент – это имя по праву вписано крупными буквами в историю отечественной логопедии. Закончив в 1956 г. дефектологический ф ...

Концепции управленческого учета
Однако развитие рыночных отношений в нашей стране и появление большого числа негосударственных (коммерческих) отечественных и зарубежных организаций поставили перед бухгалтерским учетом новые задачи ...